Какая реально мера наказания за мои действия?

Правообладатель иллюстрации RIA Novosti Image caption Если законопроект Яровой и Озерова примут, в УК могут появиться две новые статьи – “Акт международного терроризма” и “Содействие экстремистской деятельности”

Госдума предлагает ужесточить наказание за терроризм и экстремизм, а кроме того, не выпускать из страны тех, кого в можно заподозрить в том, что он теоретические способен на такие преступления.

Авторы нового пакета антиэкстремистских инициатив предлагают, в частности, ограничить выезд из страны тем, у кого есть “неснятая или непогашенная судимость” за “Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля” (ст. 227 УК), “Насильственный захват власти или насильственное удержание власти” (ст. 278 УК), “Вооруженный мятеж” (ст.279 УК), “Нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой” (ст. 360 УК).

Те же ограничения предлагается распространить и на совершивших преступления экстремистского характера. Их много – от терроризма и убийства по мотивам ненависти до хулиганства по тем же мотивам и участия в массовых беспорядках. Экстремизмом может считаться даже пост в социальной сети, если в нем будут найдены “Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности” (ст. 280 УК).

При этом закрыть границу смогут даже тем, кто преступления не совершал – если ФСБ решит, что гражданин “является лицом, которому в установленном порядке объявлено официальное предостережение о недопустимости действий, создающих условия для совершения хотя бы одного из преступлений”. В списке этих преступлений весь спектр террористических статей – от, непосредственно, совершения теракта до оправдания терроризма.

Особенность таких законопроектов в том, что они могут быть направлены на кого угодно. Сложно сказать, готовятся ли авторы поправок к предвыборной кампанииАлександр Верховский

При этом, как заявляют правозащитники из “Международной кризисной группы”, в 2014-м году, перед Олимпиадой в Сочи, спецслужбы не только не ограничивали выезд подозреваемых в терроризме из страны, но даже помогали им. В итоге, утверждают эксперты, террористическая активность в регионе существенно снизилась.

Множество поправок касается ужесточения наказания за экстремизм и терроризм, включая снижение порога ответственности с 16 до 14 лет.

Кроме того, на год, до 5 лет, увеличен срок за “Возбуждение ненависти либо вражды”, на два (6 лет вместо четырех) – за участие в экстремистском сообществе.

За организацию сообщества тоже предлагают сажать на более долгий срок – от 5 до 8 вместо от 2-8 лет лишения свободы.

Могут появиться и две новые уголовные статьи – “Акт международного терроризма” (от 15 лет до пожизненного, без права на условно-досрочное освобождение и без срока давности) и “Содействие экстремистской деятельности” (5-8 лет тюрьмы), то есть вербовка.

Изменить хотят и закон “О связи”, расширив возможности для чтения электронной почты, сообщений, прослушивания звонков. Операторов хотят обязать хранить такую информацию за последние три года.

“Россия всегда действует в логике защиты граждан России от терроризма и непримиримой борьбы с терроризмом.

Предложенные нами изменения в законодательство отражают объективную необходимость формирования новых форм правовой защиты общества и государства от наиболее опасных преступлений”, – цитирует агентство РИА Новости одного из авторов поправок Ирину Яровую, главу думского комитета по безопасности и противодействию коррупции.

Законопроект она внесла вместе с председателем комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктором Озеровым. Впрочем, и без его поддержки инициативы Яровой часто доходят до утверждения президентом. По данным портала “Политметрика”, с 2011 года Госдума отклонила всего три ее законопроекта, 66 были подписаны Владимиром Путиным, 83 – прошли все чтения в парламенте.

Александр Верховский, член президентского Совета по правам человека, директор Информационно-аналитического центра “Сова”:

“Они оба – руководители комитетов, не просто какие-то люди, которым что-то надо сказать, чтобы о них не забыли перед выборами.

Поэтому я уверен, что это не очень продуманный – и это бросается в глаза – но пакет, который рассчитан на то, что что-то пройдет, пусть и не целиком. Скорее всего, в процессе он подвергнется очень серьезной правке.

В расчете на то, что в процессе переработки большая часть отпадет сама собой, но что-то, общерепрессивного характера, пройдет.

Думаю, что не очень проходима идея лишения гражданства за террористические преступления. Так не делают нигде, это подрывает принцип того, что гражданство если дается, то дается. Технически это может пройти, политически – скорее нет.

Конечно, странно с выездом за границу. Предостережение же выносится не тогда, когда человек совершил преступление, даже тяжкое, или готовится к нему, а когда он попал в группу риска.

Это профилактическая мера, добавлять к ней ограничение в конституционных правах абсолютно незаконно.

Если бы человека хотя бы подозревали в том, что он что-то сделал, те нормы, которые уже есть, позволяют ограничить его выезд. Здесь нет никакой проблемы.

Но есть очень неприятные вещи, которые касаются широкого круга людей. И у них есть все шансы быть принятыми. Во-первых, это всяческое ужесточение наказаний.

Скажем, по 282-й статье за возбуждение ненависти, участие в экстремистском сообществе, участие в запрещенной ранее организации предполагается отменить любые наказания, не связанные с лишением свободы. А сейчас они, в основном, и используются.

Если это пройдет, каждый год несколько сотен человек будут отправляться за решетку.

Плюс идея того, чтобы вместо разрешения на получение данных биллинга, следствие получит возможность запрашивать за три года, прошедших, а не будущих, всю электронную коммуникацию.

Учитывая, насколько легко у нас получаются такие разрешения, и получаются в огромных количествах, это означает, что реально, по любому человеку, который проходит по делу, он может быть даже не обвиняемым, можно получить разрешение на чтение почты, скайпа.

Также предлагается совершенно фантастическая статья, отдельная, что человека, который вовлек другого человека – не создавал группу, не соучаствовал – в совершение преступления экстремистского характера – очень серьезно наказывают.

И сделана ценная оговорка – если вербовщик сообщит о преступлении, не успев его совершить, то он освобождается от ответственности. Создается очень интересная конструкция.

Идея как специально сделана, чтобы некий внедренный в соответствующую среду человек искусственно создавал преступление. В любом сообществе есть люди, которые переходят на сторону полиции – за деньги, из страха, из-за смены убеждений.

Очень трудно представить реальную ситуацию: один человек уговаривает другого, а потом передумывает стремительно и бежит в полицию. Скорее, он сделает это целенаправленно, подставит.

Особенность таких законопроектов в том, что они могут быть направлены на кого угодно. Сложно сказать, готовятся ли авторы поправок к предвыборной кампании. Лозунги вроде “Россия без Путина” лишь штучно рассматриваются как экстремистское уголовное преступление. Но, скажем, выступают люди за то, чтобы вернуть Крым Украине.

Это призыв к сепаратизму. Я не вижу в законопроекте ничего, заточенного под выборы или политическое обострение. Бывают и более подходящие статьи, например, статья о злостном нарушении закона о митингах или статья о беспорядках. Экстремизм же широкое понятие – от убийств до безобидной болтовни.

Уверен, что многие законодатели не очень понимают, где грань проходит.

То, что обвиняемый или подозреваемый останется на территории России, на безопасности граждан никак не скажется. Точно так же не скажется и то, что за членство в НВФ к ответственности будут привлекать не с 16 лет, а с 14.

Вспомним, с какой легкостью тысячи людей, в том числе те, кто находился в федеральном розыске, уезжали с Кавказа в Турцию, Сирию. Это говорит о том, что их не очень-то тормозили. И это дало положительный эффект – гораздо меньше стало боевых столкновений.

С другой стороны, это привело к тому, что большая часть командиров наших северо-кавказских перешла из “Имарата Кавказ” в “Исламское государство” (обе организации признаны в России экстремистскими), что в перспективе грозит большими неприятностями.

Надеяться, что все от нас уедут и будут стрелять в другом месте, не стоит. Но ограничивать тем, что у человека есть судимость, все равно немного странно. Непонятно, какую цель преследует. Что изменится, когда у него кончится судимость?

Авторы имели в виду угрозу со стороны ИГ, но механизмы злоупотребления возникают сами собой, просто потому что очень широкими мазками прописано. Нет логики – только набор действий, призванных усилить меры контроля”.

Источник: https://www.bbc.com/russian/russia/2016/04/160408_anti_extremism_law

За появление в нетрезвом виде предложили отправлять на обязательные работы

Какая реально мера наказания за мои действия?

Самарская губернская Дума предложила законопроект, вводящий новое наказание за появление на людях в нетрезвом непотребном виде.

Граждан, которые не сумели сохранить после рюмки человеческое достоинство, предлагается отправлять на обязательные работы. В качестве наказания нарушителям предстоит до 50 часов заниматься общественно-полезным трудом в свободное время.

Сейчас идет сбор отзывов на законопроект. По мнению разработчиков проекта, действующих санкций для не умеющих пить тихо и прилично граждан явно недостаточно.

Кто мешает работать системе, защищающей права людей инвалидов

Напомним, в КоАП есть статья 20.21, наказывающая за появление в общественных местах в состоянии опьянения. Выпившему человеку, чей вид и поведение оскорбляют человеческое достоинство и общественную нравственность, грозит либо штраф от 500 до 1,5 тысячи рублей, либо арест до 15 суток.

Со штрафами проблема в том, что их часто не платят, так как у многих фигурантов пьяных дел в карманах гуляет ветер. А для тех, кто заплатил, сумма слишком мелкая, чтобы почувствовать раскаяние. Что же касается ареста, камеры не делают людей лучше.

Между тем наказанные выпивохи вместо того, чтобы сидеть по темным камерам, могут принести реальную пользу обществу, и это важный довод, по мнению сторонников инициативы. Место, где должен работать наказанный, согласно закону определяют местные власти.

Человек, который появился на людях в пьяном непотребном виде, будет в свободное время отрабатывать до 50 часов на общественных работах

На практике нарушителей отправляют работать на благоустройстве, разбивать газоны, красить заборы и т.п.

“Обязательные работы – достаточно эффективная мера наказания, она применяется и в Уголовном кодексе, и в КоАП,- рассказал в беседе с корреспондентом “РГ” председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. – По данным Верховного суда России, за год к обязательным работам были приговорены 120 тысяч осужденных за преступления”.

Лишняя бутылка может привести к тому, что человек получит штраф или административный арест. Если же инициатива пройдет, то за пьяные непотребства будут грозить и обязательные работы. Сергей Михеев/ РГ

Если суд отправил гражданина на общественные работы за административное правонарушение, то им занимаются судебные приставы. Так что если инициатива пройдет, то “алкоголики и тунеядцы” будут работать под присмотром судебных приставов там, где скажут местные власти.

По данным Судебного департамента при Верховном суде, за шесть месяцев за появление в общественном месте в пьяном виде были наказаны 200 тысяч человек. Из них 70 тысяч получили штрафы, 130 тысяч отправлены под административный арест. При этом, по данным Самарской губернской Думы, реально с нарушителей удается взыскать 64 процента штрафов.

Адвокат Виктория Данильченко призывает осторожней относиться к подобным делам. Не получится ли, что из-за несчастной рюмки водки придется красить общественные заборы?

“Принимая подобную инициативу, в первую очередь нужно разграничить понятие “человек в нетрезвом состоянии”, – говорит Виктория Данильченко. – На данный момент у нас нет четкого понимания, какого человека считать выпившим, а какого сильно выпившим.

Поэтому под такие строгие, на мой взгляд, меры наказания, как обязательные работы, могут попасть люди, к примеру, выпившие бокал вина и возвращающиеся домой на общественном транспорте, потому как на такси просто не хватило денег.

При этом они не доставляют никому никаких неудобств и не нарушают общественного порядка. Но по факту при проверке на алкогольное опьянение будут признаны нетрезвыми.

В отношении таких граждан обязательные работы естественно не должны применяться.

За полгода за появление в общественном месте в пьяном виде было наказано 200 тысяч человек. Из них 70 тысяч получили штрафы

Но если речь идет о пьяном дебошире, который кричит, ругается, ведет себя неподобающим образом, то введение подобных мер будет оправданно”.

За отказ прекратить распространять ложь лишат свободы

На практике, по словам экспертов, проверок пешеходов на трезвость не проводится, и просто за то, что в крови человека есть алкоголь, не наказывают. Под статью попадают лишь те, кто нарушает порядок. Например, в пьяном виде ломился в чужие двери. В Магадане недавно полицию вызвала местная женщина, сообщив, что в дверь ее квартиры стучит неизвестный.

“Войдя в подъезд, полицейские увидели на лестничной площадке мужчину, находящегося в состоянии опьянения”, – рассказали в пресс-службе УМВД России по Магаданской области. Мужчина вел себя агрессивно.

В итоге ему вменили две статьи КоАП, по одной посадили на 7 суток, по другой (как раз за нетрезвый вид) оштрафовали на 500 рублей.

Источник: https://rg.ru/2019/02/19/reg-pfo/za-poiavlenie-v-netrezvom-vide-predlozhili-otpravliat-na-obiazatelnye-raboty.html

В помощь обвиняемым и осужденным по наркотическим статьям

Какая реально мера наказания за мои действия?

Оглавление

Введение. 4

Приобретение, хранение, сбыт и другие деяния. 
Вопросы квалификации и наказания………………………………………………….. 6

Размеры. Значительный, крупный, особо крупный. 6

Приобретение «в неустановленное время,  в неустановленном
месте, у неустановленного лица». 13

Приобретение – покушение или оконченное. 14

Хранение нескольких видов наркотиков  (или в разных местах). 14

Добровольная сдача. 15

Назначение наказание за приобретение и хранение. 16

Сбыт. 23

Закладчики. 24

Прямой умысел. 26

Наличие вещества. 27

Доказательства: показания свидетелей. 28

Достаточность доказательств сбыта. 29

Единое продолжаемое или совокупность. 30

Соучастие в сбыте: организованная группа, 
преступное сообщество. 31

Назначение наказания за сбыт. 33

Зачет времени содержания в СИЗО.. 37

Культивирование. 38

Притон.. 39

Замена наказания на лечение. 39

Оперативно-розыскные мероприятия по делам  о наркотиках
и использование их результатов  в качестве доказательств. 42

Проверочная закупка или провокация. 42

Основания и условия проведения. Практика ЕСПЧ и ВС.. 45

Постановление о проведении. 48

Незаинтересованные лица, аудио-видео запись, 
досмотр до и после закупки. 50

Неоднократные закупки. 51

Обследование помещений. 52

Прослушивание телефонных переговоров. 53

Использование результатов оперативно-розыскной  деятельности. 54

Законность и обоснованность процессуальных действий.
Доказательства. 57

Осмотр, досмотр и обыск. 57

Осмотр места происшествия. 59

Порядок изъятия наркотиков. 60

Допрос. 62

Экспертиза. 67

Введение

В этой брошюре предпринята попытка разъяснить трудные и спорные вопросы уголовной ответственности за незаконные действия, связанные с наркотиками. Взята лишь часть темы «наркотики и закон», но важнейшая ее часть. Важнейшая, потому что вред репрессивной наркополитики, тем более когда она ударяет по больным наркоманией, по юношеству, вполне сопоставим с вредом от самих наркотиков.

https://www.youtube.com/watch?v=OvzwwHzqX7I

Наша задача — помочь попавшим в зависимость от судебно-правовой сис­темы. Помочь им в навыках самозащиты на следствии, в предстоящем суде, в обжаловании приговора.

Ответы есть не на все вопросы. Не потому, что мы такие невежды, а потому что законодательство в этой сфере противоречиво.

С одной стороны, оно избыточно и регулирует несуществующие предметы (к примеру, остается неизвестным, что такое «новые потенциально опасные психоактивные вещества», реестра которых не существует).

С другой стороны — многочисленные лакуны, в том числе в регулировании оперативно-ро­зыс­к­ной деятельности, процедуры задержания, различных процессуальных действий. А любая неполнота закона там, где он действительно необходим, традиционно трактуется в наиболее зловещей интерпретации.

Наши разъяснения законодательства базируются по большей части на рекомендательных для судов постановлениях Пленума Верховного суда РФ и судебной практике ВС. По делам о наркотиках есть специальное Постановление Пленума от 15 июня 2006 года № 14, действующее в редакции от 30 июня 2015 года.

Правда, многие позиции этого постановления имеют обобщенный характер, так что понимать их следует в дополнении судебной практикой и ее интерпретации самого ВС и других высших судов, под которыми в юридическом контексте понимают как Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) и Конституционный Суд (КС), так и верховные суды субъектов РФ. Ссылки на практику последних при обжаловании приговоров и в других случаях уместны, когда примеры решений региональных судов публикуются в утверждаемых Президиумом ВС обзорах судебной практики и в ежемесячном Бюллетене ВС РФ в качестве рекомендуемых позиций.

Решения по конкретным делам самого ВС РФ (постановления Президиума и определения Судебной коллегии по уголовным делам) являются рекомендательными. Из них преимущественное значение также имеют решения, включенные в обзоры и бюллетень.

Постановления и определения ВС по апелляционным и кассационным жалобам не являются прецедентами. Для следователя судебная практика ВС не имеет обязывающего значения, в отличие от обязательных для всех государственных органов решений ЕСПЧ.

Но суды игнорировать практику ВС не вправе. Согласно статье 126 Конституции, ВС «дает разъяснения по вопросам судебной практики».

Поэтому, когда в постановлениях Пленума ВС не дается соответствующее толкование, суды должны ориентироваться на позицию ВС, содержащуюся в решениях по жалобам.

Мы старались показать сложившиеся, устоявшиеся позиции ВС РФ, стремились раскрыть перспективные для обжалования позиции по распространенным в судебной практике случаям. Относительно перспективные — потому что поколебать обвинительный приговор даже при самой очевидной его необоснованности удается очень редко.

Каждый студент юридического вуза знает, что обвинительный приговор не может быть основан на одних только показаниях подсудимого. Но когда студент превращается в дознавателя или следователя, на практике он следует «обычному праву». А по нему — признание вины есть царица доказательств.

К сожалению, не только следователь добивается признания вины. Сплошь и рядом сами адвокаты склоняют подзащитных «разоружиться перед обвинением» и «не злить судью». Существующий уже 15 лет особый порядок судебного разбирательства, применяемый почти в 70% уголовных дел, развратил всех участников процесса.

Обвиняемый признает вину (действительную, мнимую или в том объеме, что выгоден следствию), гособвинителю не надо ничего доказывать, суду — изучать, адвокату не от чего защищать.

Поэтому строптивых подсудимых убеждают в том, что доказать в суде ничего невозможно, слушать его не будут и посадят по максимуму, в назидание другим.

Но ведь есть примеры обратного.

Говорят, оправдательных приговоров не бывает, что на многочисленные типовые нарушения со стороны следствия и суда никто внимания не обращает, жаловаться на них бесполезно. Это в значительной мере так. Но именно потому, что никто (почти никто) этому не сопротивляется, и процветает правовой нигилизм.

На самом деле есть и оправдательные приговоры, и удовлетворенные ходатайства. Исключения? Да, пока что исключения.

Возьмем два примера, один широко известный, другой — неизвестный практически никому. Все знают, что суд присяжных выносит оправдательные приговоры во много раз чаще, чем «судья единолично». Известно также, что прокуратура всегда обжалует оправдательные приговоры присяжных — не всегда успешно, но обжалует всегда.

Чуть ли не первый пример, когда этого не произошло, когда гособвинение признало поражение — это «маковое дело» (дело Шиловых, Зелениной и других), по которому Брянским областным судом по вердикту присяжных в январе 2019 года был постановлен оправдательный приговор всем 13 обвиняемым. Здесь не место разбирать это дело.

Важно, что оно изменило один из юридических обычаев: прокуратура не обжаловала оправдательный приговор.

Другой пример касается неизвестного нам осужденного, обозначенного в базах судебных актов как П.Д. Этого молодого человека Октябрьский суд Ростова-на-Дону осудил на 10 лет по части 4 статьи 228.1. И обжаловал он, в том числе, и такие нарушения, на которые никогда не обращали внимания. Кассационную жалобу осужденный писал, похоже, сам.

Ни один уважающий себя адвокат не посоветовал бы ему обжаловать то, что он обжаловал. Во-первых, несоответствие между временем задержания и составлением протокола. Таких случаев тысячи тысяч. Считается, что писать об этом в кассации бессмысленно.

Ведь вступивший в законную силу приговор может быть отменен только по таким нарушениям, которые повлияли на исход дела. Во-вторых, осужденный писал, что приговор скопирован судьей с обвинительного заключения.

И что же? Постановлением Президиума Ростовского областного суда от 1 декабря 2016 года № 44-у-292 приговор был отменен именно по этим основаниям.

Цитируем: «Доказательства, на которые ссылается суд в приговоре, изложены в том же порядке, что и в обвинительном заключении, часть приговора исполнена путем копирования обвинительного заключения, в приведенных в приговоре показаниях свидетелей и доказательствах (показаниях свидетелей Б., Г.Ю.А.

, рапорте об обнаружении признаков преступления, протоколе об административном задержании, справке об исследовании, протоколе осмотра предметов, вещественного доказательства и т.п.) имеются одни и те же орфографические ошибки, что и в обвинительном заключении. показаний свидетелей Б. и Г.Ю.А., приведенных в приговоре, не совпадает с их показаниями, данными в судебном заседании, но совпадает с их содержанием, изложенным в обвинительном заключении».

Если добиваться таких правильных исключений из порочного обычая — пустое дело, тогда нам не следовало бы писать эту брошюру, в основу которой положен 13-летний опыт правовых консультаций по делам, связанным с наркотиками, на сайте hand-help.ru[1].

Приобретение, хранение, сбыт и другие деяния.
Вопросы квалификации и наказания

Размеры. Значительный, крупный, особо крупный

Самое главное в делах о наркотиках — это их размеры. Приобретение, хранение, изготовление, переработка, перевозка наркотиков либо являются правонарушением, либо становятся преступлением в зависимости от их размера.

Если не считать мешки героина и трюмы, полные кокаина, то одни и те же потребительские количества за последние 30 лет признавались то небольшим (наказуемым по КоАП), то значительным или крупным (наказуемым по УК) размерами.

Например, уголовная ответственность за марихуану до 2004 года начиналась с 0,5 грамма, с 2004 по 2006 — с 20 грамм, с 2006 — с 6 грамм.

Сейчас значительный, крупный и особо крупный размеры веществ, включенных в Перечень, установлены Постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002.

Изменение размеров в 2003-2004 гг. привело к одновременному освобождению десятков тысяч осужденных. Еще десяткам тысяч сроки были сокращены.

Проблема размеров сложна и многогранна. В силу ее особой значимости мы рассматриваем ее здесь наиболее подробно. Эта проблема вплотную увязана с другим важнейшим вопросом — судебной экспертизой наркотиков, о которой — ниже.

Применительно к размерам следует иметь в виду следующее.

Не ровно, а свыше

Значительный, крупный и особо крупный размеры считаются свыше величин, указанных в Постановлении Правительства от 01.10.2012 г. № 1002. То есть ровно 0,5 грамм героина или 0,2 грамма амфетамина не составляет значительного размера.

Растения живые и мертвые

Постановление № 1002 кроме размеров наркотических средств и психотропных веществ трех списков устанавливает размеры для наркосодержащих растений для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК. Эти размеры не имеют отношения к размерам, установленным для определения крупного размера при культивировании тех же растений, то есть для целей статьи 231 УК.

Для последней крупные размеры установлены в Постановлении Правительства от 27 ноября 2010 года № 934. Размеры растений в Постановлении № 1002 определены в граммах и относятся не к растущим растениям, которые находятся в состоянии вегетации, а к растительной массе, к растениям, которые сорваны, срезаны и т. п.

А размеры в постановлении № 934 установлены в количестве экземпляров.

Это совсем не формальный вопрос. Например, уголовная ответственность за хранение конопли именно как растения в сорванном виде наступает при обнаружении свыше 6 грамм. А уголовная ответственность за выращивание — от 20 кустов. Почувствуйте разницу.

Бывают случаи, когда хитроумные или неграмотные полицейские, обнаружившие в ходе обыска или осмотра помещения растущее наркосодержащее растение, изымают его не только у владельца, но и из горшка или с грядки, взвешивают, а не считают количество экземпляров, и определяют размер не поштучно, а в граммах.

Погрешности

Более сложный вопрос, каким количеством следует определять значительный, крупный или особо крупный размер наркотического средства, если это количество превышает установленный размер в пределах погрешности.

Будет ли относиться к значительному размеру 2,1 или 2,4 грамма наркотического средства «гашиш», если значительный размер определен по Постановлению Правительства свыше 2 грамм? Рассмотрим эту проблему подробнее, так как от этих десятых или сотых зависит, будет ли возбуждено уголовное дело и его квалификация по той или иной части статьи.

В Постановлении №1002 размеры установлены в граммах либо в десятых, сотых или тысячных долях грамма в зависимости от конкретного вещества. Так, например, для гашиша значительный размер составляет свыше 2 грамм, крупный — свыше 25 грамм, особо крупный — свыше 10 000 грамм.

Источник: http://www.prison.org/content/v-pomoshch-obvinyaemym-i-osuzhdennym-po-narkoticheskim-statyam

В казахстане декриминализовали бытовое насилие. как теперь будут наказывать мужей-тиранов

Какая реально мера наказания за мои действия?

За бытовое насилие в Казахстане теперь будут привлекать только к административной ответственности, а не к уголовной. 3 июля Президент РК подписал закон, согласно которому статьи 108 и 109 УК РК (“Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью” и “Побои”) переместились из уголовного в административный кодекс. 13 июля поправки вступили в законную силу.

Казалось бы, декриминализация статей о бытовом насилии должна облегчить жизнь любителям распускать руки. Но парадокс в том, что именно теперь у жертв домашних тиранов появился шанс реально отправить их за решётку, пусть на короткий срок.

Как теперь будут наказывать за побои

Прежде, например, побившего жену мужа могли максимум оштрафовать. Статьи Уголовного кодекса предусматривали аресты сроком от 45 до 60 суток. Но эти меры не работали. Применение этих мер было приостановлено до 2020 года. Теперь же мужа, избившего жену, можно по крайней мере “закрыть” на 15 суток. Однако штрафы за побои и причинение лёгкого вреда здоровью при этом стали меньше.

Для сравнения:

Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью по Уголовному кодексу наказывалось:

  • штрафом в размере до 200 МРП (525 тысяч тенге);
  • исправительными работами в том же размере;
  • привлечением к общественным работам на срок до 180 часов;
  • арестом на срок до 60 суток (применение ареста было приостановлено до 2020 года в соответствии со статьёй 467 УК РК).

Та же статья в Административном кодексе наказывается штрафом 15 МРП (39 тысяч тенге) либо административным арестом сроком до 15 суток.

“Также в Административном кодексе в этой же статье есть ещё часть вторая, в которой говорится о том, что если кто-то совершает побои повторно в течение года, то это влечёт административный арест сроком до 20 суток, – прокомментировал изменения адвокат Торехан Мухтаров. – Для тех лиц, к которым арест не применяется, по этой статье предусмотрен штраф в размере до 30 МРП (78 тысяч тенге)”.

По статье “Побои” Уголовный кодекс предусматривал наказание:

  • штраф в размере до 100 МРП (262 тысячи тенге) либо исправительные работы в том же размере;
  • привлечение к общественным работам на срок до 120 часов;
  • арест на срок до 45 суток ( применение ареста также было приостановлено в соответствии со статьёй 467 УК РК).

В Административном кодексе за побои будут наказывать штрафом в размере 10 МРП (23 тысячи тенге) либо административным арестом на срок до десяти суток.

При рецидиве драчуна посадят уже на 15 суток. Третья часть этой статьи предусматривает штраф в 30 МРП (78 тысяч тенге).

“В Административном кодексе более развёрнуто представлены эти статьи, – прокомментировал Торехан Мухтаров. – По Уголовному кодексу, человек мог совершить это преступление, заплатить штраф и на следующий день идти делать то же самое. А теперь чётко сказано, если человек в течение года совершает данное правонарушение повторно, то он безоговорочно привлекается к аресту”.

Привлечь к ответственности сложно

Привлечь к ответственности за бытовое насилие бывает сложно, даже когда речь идёт не о нанесении лёгкого вреда здоровью, а о более серьёзных увечьях.

У Динары Чидериновой практически нет несломанных костей на лице. Женщине сделали пластическую операцию, поставили девять скоб, но она всё равно не может нормально есть. После больницы Динара Чидеринова весила 38 килограммов. Супруг женщины просто пришёл домой пьяным и стал её избивать, она так и не поняла, за что именно.

“Я до сих пор по больницам езжу, мне хотят оформить инвалидность. У меня сломано всё лицо, и глаз один уж почти не видит”, – говорит Динара Чидеринова.

Женщина рассказывает, что участковый пришёл к ней в больницу и начал отговаривать от подачи заявления на мужа.

“В первый же день, когда я лежала в больнице с квадратным лицом, у меня берут заявление, что я к нему не имею претензий. Это было сделано в тот момент, когда я ничего не соображала. Я думала, может тогда он от меня отвяжется, а участковый всё говорил: мол, мы вас разведём, он будет платить алименты”, – вспоминает Динара Чидеринова.

Родственники Динары настояли, чтобы она забрала своё заявление о том, что не имеет претензий к мужу и всё-таки обратилась в полицию.

“Назначили судебно-медицинскую экспертизу, у всех она идёт месяц, а у меня около трёх-четырёх месяцев шла, – рассказала Динара. – Они просто тянули время и хотели закрыть дело за сроком давности. Я пожаловалась в Генпрокуратуру, в Министерство обороны, так как мой муж военный”.

Супругу Динары дали год условно. Экспертиза сочла, что он нанёс её здоровью средний ущерб. Ожидающая получения инвалидности Динара с этим не согласна и ждёт апелляции.

Жертве приходилось доказывать, что она жертва

Председатель ОЮЛ “Союза кризисных центров Казахстана” Зульфия Байсакова видит в новом законодательстве, касающемся бытового насилия, и плюсы и минусы. С одной стороны, жертве теперь не надо бегать и собирать доказательства того, что её действительно избили. Это теперь делает полиция. С другой стороны, она считает, что политика наказания для семейных тиранов должна измениться в целом.

Зульфия Байсакова / Фото

“Жертва доказывала, что она жертва. Сейчас бремя доказывания будет возложено на правоохранительные органы, – прокомментировала Зульфия Байсакова. – Нам сейчас важно перестроить политику наказания. Человек, который совершает преступление, находится в состоянии агрессии, незнания законодательства.

Наверное, надо с ним работать? Мы пытаемся всех посадить на 15 суток. Это неправильно, мы не пытаемся работать с агрессорами, у нас нет определённых программ, которые имели бы научную базу, у нас нет никаких центров, которые работали бы с семейными дебоширами.

Поэтому женщина понимает, что да, отсидит он свои 15 суток, и ничего не изменится”.

Поводом для побоев может стать всё, что угодно

Руководитель казахстанского движения “Немолчи.кз” Дина Смаилова часто пытается помочь жертвам бытового насилия. Она говорит, что поводом для побоев может стать всё что угодно. Например, в Шымкенте молодую женщину регулярно избивает супруг за то, что она оказалась не девственницей, что выяснилось после свадьбы.

“На днях был жуткий случай, девушку обвинили в том, что она не девственница. До сих пор в нашей стране этот маразм, – прокомментировала Дина Смаилова.

– Девочка из Шымкента, ей 18, вышла замуж и стала объектом издевательств за то, что оказалась не девственницей. Супруг её избивает, насилует, обзывает шлюхой. К нам её родственница обратилась за помощью.

Ну так воспитаны южане, муж у них – это бог, а уж иногда и дурак бывает”.

Дина не может назвать идеальным ни старое, ни новое законодательство, касающееся бытового насилия. По её мнению, в обоих случаях нет полной гарантии защищённости жертвы.

Дина Смаилова / Фото

“Отчасти перевод в Административный кодекс этих статей облегчает жизнь женщине, – считает Дина Смаилова. – Дело в том, что редкая жена у нас готова посадить мужа в тюрьму, даже если он её искалечил. Но и этот закон не совершенен: ни прежние, ни нынешние меры не дают женщине гарантий. Это такая лёгкая передышка для женщины на 15 суток”.

Декриминализация статей о бытовом насилии в РК произошла вслед за Россией. В феврале 2017 года Путин подписал закон, переводящий статью о побоях из Уголовного в Административный кодекс. Президент РФ мотивировал такое решение тем, что людям надо “дать шанс остаться в здоровой части общества”.

В Казахстане тоже были свои мотивы. Ещё в 2016 году генпрокурор Жакип Асанов говорил о том, что за бытовое насилие стали меньше привлекать в ответственности, так как дела о семейных скандалах относятся к делам частного порядка: жертва сама должна искать свидетелей, доказательства, а это не так-то просто.

По данным ОЮЛ “Союз кризисных центров Казахстана” в нашей стране ежегодно от бытового насилия погибает около 400 женщин.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Источник: https://informburo.kz/stati/v-kazahstane-dekriminalizovali-bytovoe-nasilie-kak-teper-budut-nakazyvat-muzhey-tiranov.html

Юрист Адамович
Добавить комментарий