Транзит через Казахстан

Казахстан либерализовал пропускной режим на границе с Киргизией

Транзит через Казахстан

Крайне сложный и щекотливый вопрос транзита киргизских товаров через Казахстан (РК), похоже, получил долгожданное решение. Найти его сумели правительства двух стран во время официального визита премьера РК Аскара Мамина в Бишкек. Как предполагается, это позволит киргизским производителям увеличить объем экспорта в Россию.

– Мы детально обсудили вопросы, связанные с грузоперевозчиками, – заявил по итогам переговоров с коллегой глава кабинета министров Киргизии Мухаммедкалый Абылгазиев. – В частности, достигнута договоренность о либерализации пропускного режима для наших грузоперевозчиков, направляющихся в третьи страны транзитом через Казахстан.

По словам начальника управления торговой политики минэкономики Киргизии Кубана Айдаралиева, при транзите товаров в Россию будут использоваться специальные навигационные пломбы. “Сниматься они будут на казахско-российской границе”, – уточнил он.

Пломбы, как утверждает чиновник, вводятся из-за того, что многие местные перевозчики не следят за соответствием товаров сопроводительной документации. В результате грузовики, следующие из Киргизии в Россию, в Казахстане стали чаще останавливать для проверки. Привело это к увеличению времени в пути, стоимости самого транзита и, соответственно, снижению объемов экспорта.

Казахстан и Киргизия подтвердили стратегическое партнерство

– Элементарно названия продуктов в документах не совпадают, – посетовал Кубан Айдаралиев. – В ходе переговоров казахская сторона предоставила много фактов подобных несоответствий.

Получается, перевозчики и владельцы грузов не следят за документами. Такого быть не должно.

Нам необходимо принять жесткие меры, и мы уже заявили перевозчикам, что ответственность за соответствие грузов документам лежит на них и владельцах.

Параллельно с введением пломб стороны условились расширить количество работающих контрольно-пропускных пунктов (КПП) на границе с РК для грузоперевозчиков. На первых порах откроется КПП “Каркыра-автодорожный”, через который смогут ввозить товары из Иссык-Кульской области. В следующем году – КПП “Кичи-Капка” в Таласской области.

– Нами подготовлена “дорожная карта” по возобновлению работы закрытых пунктов пропуска на границе, – сообщил премьер Казахстана Аскар Мамин. – Уверен, что в ближайшее время все эти вопросы будут решены.

Токаев наградил лидеров России, Беларуси и Киргизии орденом Назарбаева

Ранее казахская сторона объясняла, что КПП закрыты по причине их модернизации. Кстати, схожие задачи выполняет и Киргизия, но уже с помощью России.

Правительство РФ в рамках евразийской интеграции оказывает республике поддержку в обновлении и обустройстве пунктов пропуска на границе с Таджикистаном и Узбекистаном, которые не входят в ЕАЭС, а также в становлении системы ветеринарного и фитосанитарного контроля.

Это позволит повысить качество и безопасность товаров, которые Киргизия экспортирует на рынки РФ. Речь, разумеется, прежде всего, идет о сельскохозяйственной продукции.

Киргизия, впрочем, заинтересована и в выходе на казахский рынок. Особенно это важно для производителей мясной и молочной продукции, которая еще несколько лет назад успешно продвигалась в РК, но чуть позже из-за ужесточения требований к качеству уступила нишу конкурентам. На уровне правительств решено расширить номенклатуру поставляемых товаров, что должно привести к росту объема торговли.

– Перед нашим правительством стоит задача увеличить товарооборот с Киргизстаном в ближайшее время до миллиарда долларов, – заявил Аскар Мамин. – Думаю, эта цель вполне достижима. Объем торговли между нашими государствами растет, однако потенциал ее намного выше.

Официальный Нурсултан предлагает Киргизии свою формулу экономического сотрудничества. По словам Аскара Мамина, казахский бизнес заинтересован в расширении инвестиций в местную экономику, но нуждается в их защите.

Вкладывать в соседнюю республику РК намерен и по государственной линии. Казахстан, как оказалось, готов выделить Бишкеку займы с низкой процентной ставкой на развитие IT-систем в таких сферах, как налоговое администрирование, правоохранительная и судебная системы, таможенное декларирование. Правда, с оговоркой. Заниматься этими проектами должны компании из РК.

В столице Киргизии обсудили, как ведется борьба с контрабандой

– Предлагаем рассмотреть возможность запуска совместной программы по взаимному доступу компаний-резидентов к услугам международного технологического парка “Астана-хаб” и “Парка высоких технологий”, – подчеркнул Аскар Мамин.

Киргизия, в свою очередь, предлагает Казахстану заняться созданием совместных предприятий, которые могли бы выпускать продовольственную продукцию на экспорт в другие страны ЕАЭС и на рынки дальнего зарубежья.

– Для стран, имеющих общие границы, исторические связи, единое прошлое и многолетние добрососедские отношения, показатели экономического сотрудничества действительно весьма низкие, – признает премьер Киргизии Мухаммедкалый Абылгазиев.

– Сегодня КР обладает огромной возможностью производить и экспортировать экологически чистые виды продукции и готова к созданию благоприятных условий для взаимных поставок продукции производственно-технического назначения, сырья, потребительских товаров, продуктов питания, химической продукции и оборудования.

С помощью Казахстана Киргизия также рассчитывает диверсифицировать поставки нефти и ГСМ. Предполагается, что в ближайшее время стороны подпишут соглашение о сотрудничестве в этой сфере.

На данный момент документ проходит процедуры внутреннего согласования в РК.

Ранее Казахстан был одним из основных поставщиков ГСМ в соседнюю республику, однако в последние годы связи по линии топливно-энергетического комплекса существенно сократились. Во многом из-за ситуации на внутреннем рынке РК.

Что же получает за все это Казахстан? Официальный Нурсултан не скрывал, что, прежде всего, заинтересован не только в защите казахстанских инвестиций в экономику КР, но и в обеспечении водой своих южных территорий.

Поэтому вместе с чисто торгово-экономической повесткой на встрече в Бишкеке обсуждалось сотрудничество в сфере совместного использования трансграничных рек, в том числе создание новой и поддержка уже существующей инфраструктуры.

Почему это так важно? Южные районы Казахстана во многом зависят от объемов стока рек, которые формируются в горах Киргизии.

Официальный Бишкек часто рассматривает водные ресурсы через призму развития гидроэнергетики, а также собственных ирригационных нужд.

Казахстан, в свою очередь, заинтересован в том, чтобы вода горных рек накапливалась и направлялась для орошения его сельскохозяйственных угодий.

Соглашение о пенсиях в ЕАЭС могут подписать до конца 2019 года

В советский период между республиками действовали взаимовыгодные договоренности. Киргизия покрывала потребности в энергии за счет Казахстана и Узбекистана (который, как и Казахстан, испытывает зависимость от объема стоков трансграничных рек), а воду накапливала для нужд соседей. После распада СССР кооперационная модель рухнула, и в регионе всерьез заговорили об угрозе “водных конфликтов”.

Одним из ярких примеров последствия распада сбалансированной системы можно назвать ситуацию вокруг реки Аспара. Ее верховья расположены на территории Казахстана у границы с Киргизией. Однако полноводной рекой она становится благодаря ледникам, большая часть которых расположена в КР.

Время от времени фермеры с той и другой стороны поднимают вопрос о том, как лучше делить ее воды. Несколько лет назад власти обеих стран пришли к выводу, что необходимо строить водохранилище, которое республики могли бы использовать для ирригации совместно. Важный инфраструктурный проект в результате вынесли на обсуждение премьеров.

Вместе с ним обсуждалась и возможность строительства еще одного обводного Чуйского канала.

Кстати, взяться за разрешение большого количества проблем соседствующие республики решили в преддверии государственного визита в Киргизию президента Казахстана Касыма-Жомарта Токаева. Его ждут в Бишкеке осенью. Предполагается, что по итогам двусторонних переговоров на высшем уровне страны заключат ряд взаимовыгодных соглашений.

Досье “РГ”

Казахстан считается одним из основных торговых партнеров Киргизии. На его долю приходится свыше 11 процентов от всего товарооборота КР с другими странами, а в экспорте – 14 процентов.

В январе-апреле 2019 года объем двусторонней торговли составил 284 миллиона долларов. По сравнению с аналогичным периодом 2018-го года он увеличился на 12,7 процента.

Казахстан также входит в тройку крупнейших инвесторов горной республики.

Бизнесмены РК с 2005 по 2017 годы вложили в экономику Киргизии порядка 670 миллионов долларов.

Источник: https://rg.ru/2019/08/07/kazahstan-liberalizoval-propusknoj-rezhim-na-granice-s-kirgiziej.html

Почему Казахстан не сможет получить $5 млрд от транзита | Курсив – деловые новости Казахстана

Транзит через Казахстан

Мировой долг в 2019 году достиг рекордного максимума и составил $188 трлн. Последний раз такие показатели были лишь во время Второй мировой войны. Напротив, внешний долг Казахстана показывает тенденцию к сокращению.

По данным МВФ, объем мирового долга достиг 230% мирового ВВП. При этом совокупный госдолг достиг максимального показателя с 1980-х годов.

«Данная тенденция длится уже давно и не является чем-то новым, – говорит главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК (КИСИ) Вячеслав Додонов. – Ответственны за эти рекорды три крупнейшие страны мира – на США, Японию и Китай приходится больше половины мирового долга».

В последние годы рост объемов глобальной задолженности несколько ускорился. Эксперт связывает происходящее в первую очередь с денежно-кредитной политикой ведущих центральных банков мира – она отличается чрезвычайной, а в некоторых случаях даже беспрецедентной мягкостью.

Реализация такой политики началась во время борьбы с мировым кризисом 2008-2009 годов, с тех пор на мировом денежном рынке ставки привлекаемого финансирования очень низки, вплоть до отрицательных.

Это и создало условия для резкого роста заимствований и, как следствие, роста долга.

Япония, США, Китай

В трех крупнейших экономиках истории роста долга и факторы этого роста несколько отличаются, хотя во всех трех случаях ведущая роль в надувании долговых пузырей принадлежит государству.

В Японии сверхмягкая денежная политика началась еще до кризиса 2008-2009 годов, а размер японского госдолга превысил 100% ВВП (аномальный уровень для развитых стран) еще в прошлом веке.

В 2019 году объем внешнего долга Японии впервые превысил $10 трлн, что является вторым показателем среди стран после США.

В США резкий всплеск госдолга произошел после 2008 года в условиях чрезвычайного обострения ситуации с государственными финансами на фоне кризиса и с тех пор не прекращается. Согласно данным Минфина США, внешний долг Соединенных Штатов к концу 2019 года достиг $20 млрд, что равно одной десятой долга всей планеты. 

Мировой долг велик, но долг долгу рознь, считает приглашенный профессор в University of Colorado Boulder Economics Department Кайрат Мынбаев: «Внешний долг США – это особая тема. Политика Трампа привела к укреплению экономики США через два канала.

Во-первых, Трамп реформировал систему корпоративных налогов так, что корпорациям стало менее выгодно держать свои прибыли за рубежом». Так, на 27 мая 2019 года корпорациями США было репатриировано $665 млрд. Это огромные деньги, хотя и гораздо меньше $4 трлн, обещанных Трампом, отмечает эксперт.

Во-вторых, Трамп применил беспрецедентные экономические и политические меры давления, чтобы компании США производили больше на территории страны и закупали больше товаров американского производства. Безработица упала до 3,5%, это самый низкий уровень за последние 50 лет.

Частные инвестиции тоже на самом высоком уровне, а значительную часть репатриированных денег компании использовали для выкупа своих акций. В результате фондовый рынок подскочил и доллар усилился.

«Не будет преувеличением сказать, что американская экономика сильна как никогда. Это, в частности, выражается в том, что облигации Федерального правительства США для иностранных инвесторов являются очень надежной инвестицией.

США выпускают облигации не только для того, чтобы занять деньги, но и для удовлетворения международного спроса на свои облигации, – указывает эксперт.

– Долг страны становится угрожающим, когда международные инвесторы сомневаются в платежеспособности правительства и начинают требовать свои деньги обратно. Невозможно представить себе ситуацию, чтобы это произошло с США».

Очевидно, что в $188 трлн мирового долга есть токсичные компоненты. Долги маленьких стран для мира большого значения не имеют, это их личные проблемы, а вот долг Китая, достигший $40 трлн (300% ВВП Китая), может привести к международным потрясениям, говорит Кайрат Мынбаев.

Этот долг является результатом специфических методов руководства китайской экономикой и торговой войны между США и Китаем. Проблема усугубляется тем, что Китай скрывает истинные масштабы своего долга.

Эта проблема имеет прямое отношение к развивающимся странам, потому что Китай навязывает им кредиты и взаиморасчеты по торговле в юанях. В Китае основным фактором роста долга стал частный сектор, который интенсивно наращивал долг в условиях экономического бума.

Народный банк Китая не предпринимал ничего против этого, а иногда и поощрял данный процесс, отмечает Вячеслав Додонов.

Мировой тренд

В Европе также резко выросла задолженность, в крупнейших европейских экономиках она в два-три раза превышает размер ВВП – по этому показателю ряд европейских стран опережает и США, и КНР.

Ко второму кварталу 2019 года, по данным TheWorldBank, внешний долг стран ЕС составил $16,5 трлн, и этот показатель тоже является следствием мирового финансового кризиса и последовавшего за ним резкого роста госдолга.

Для мировой экономики сложившаяся ситуация означает нарастание рисков для финансовой стабильности, угрозу нового финансового кризиса, а также ряд других негативных последствий, среди которых эксперт КИСИ выделяет финансовую неустойчивость корпоративного сектора, которая может проявиться после повышения ставок денежного рынка (когда многим компаниям не хватит генерируемого денежного потока для обслуживания долгов); ограничение потребительского спроса населения из-за закредитованности, что давит на показатели экономического роста; исчезающе низкую доходность институциональных инвесторов и финансового сектора в целом из-за близких к нулю процентных ставок, в том числе для таких важнейших их видов, как пенсионные фонды, которые зачастую не могут обеспечивать положительную доходность в текущих условиях.

«В общем, ситуация крайне неприятная, и проблема не только в том, что она грозит вылиться в финансовый кризис, но в том, что этот кризис будет беспрецедентным, это будет кризис кредиторов последней инстанции – государств и центральных банков, которые раньше приходили на помощь во время кризисов, а теперь могут стать их очагом. И нет рецептов борьбы с таким видом кризиса», – пояснил Вячес­лав Додонов.

Как у нас

На фоне ведущих экономик мира цифры Казахстана выглядят достаточно скромно: на начало октября 2019 года объем внешнего долга республики составил $157,75 млрд.

Внешние обязательства страны за два года сократились,  рекордный показатель пришелся на конец третьего квартала 2017 года – $168,59 млрд. Основной вклад в сокращение внешнего долга Казахстана внесло уменьшение межфирменной задолженности – на $7,3 млрд.

И произошло это непосредственно за счет компонента «Обязательства казахстанских предприятий перед иностранными сестринскими предприятиями», размер которых в указанный период сократился с $17,9 до $11,3 млрд.

То есть казахстанские компании с иностранным участием стали меньше должны своим зарубежным аффилированным структурам. Также произошло уменьшение внешнего долга банков примерно на $2 млрд. Правительственный внешний долг при этом увеличился на $0,5 млрд.

Сокращение внешнего долга в целом является позитивным трендом, поскольку означает сокращение выплат по обслуживанию долга, а это положительно отражается на платежном балансе: из страны уходит меньше валюты на выплату процентов, что, в свою очередь, способствует в том числе стабилизации курса тенге. В Казахстане масштабы сокращения внешнего долга несущественны –за два года он сократился на 6,4%, и, по мнению экспертов, этого мало, чтобы оказать заметное влияние на макроэкономическую ситуацию, например на тот же платежный баланс.

«Кроме того, надо рассматривать ситуацию с долгом комплексно, не ограничиваясь только его внешним компонентом, и особое внимание нужно уделять состоянию государственного (правительственного)  долга, а в этих аспектах все не так хорошо», – указывает эксперт КИСИ.

«Внешний долг Казахстана имеет несколько компонентов, – говорит Кайрат Мынбаев. – Например, когда иностранная нефтяная компания привозит оборудование в Казахстан, это записывается в долг, который будет выплачиваться постепенно из прибыли компании.

Это неприятный долг, так как он уменьшает налоги, выплачива­емые правительству, но кризисом он не грозит. Бывает, что иностранная компания не уверена в прибыльности своих инвестиций и осуществляет их под гарантийное письмо правительства.

Такой тип долга более опасен, и, что хуже всего, мы точно не знаем размеры таких долгов».

Официально национальный долг Казахстана по правительственной линии составляет меньше $40 млрд. По мнению эксперта, эта цифра некритична, так как составляет около 20% ВВП и гораздо меньше $160 млрд, которые включают долг страны по частным иностранным инвес­тициям.

Между тем существующая статистика не дает всех показателей, которые заложены в рекомендациях по методологии платежного баланса (BPM) от МВФ, пишет на своей странице в директор Национального бюро экономических исследований Касымхан Каппаров.

«Официальная статистика не показывает условия займов, сроки и процентную ставку по странам. В результате мы не можем проанализировать, какие займы являются выгодными, а какие нет. Нет разбивки, какие долги у нас привлечены по плавающей ставке процента, а какие по фиксированной. Плавающая ставка процента может изменяться со временем и зависит от глобальной ставки LIBOR», – поясняет он.

Отсутствие достаточной информации искажает объективную картину задолженности страны, в связи с чем президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поручил сделать публичными сведения о внешнем долге.

«Требуется прекратить спекуляции на предмет чрезмерной задолженности нашей страны перед внешними кредиторами.

В этой связи до 1 апреля 2020 года министерства национальной экономики и финансов, а также Национальный банк должны разработать единый реестр внешнего долга в виде оцифрованной базы данных», – сказал Токаев на II заседании Национального совета общественного доверия при президенте РК.

Важно, чтобы новый реестр не просто консолидировал имеющуюся информацию, но также ставил задачу полного соблюдения рекомендаций МВФ по статис­тике внешнего долга, отмечает Касымхан Каппаров.

Кроме того, в новом реестре должна присутствовать детальная информация по всем внешним долгам госкомпаний, правительства и Нацбанка – с прикреплением документов, описывающих условия займа, то есть полный текст самого договора займа.

Если вся указанная информация будет включена в новый реестр, то только в таком случае он поможет повысить прозрачность госфинансов и в конечном счете повысит доверие граждан к вопросу привлечения внешних займов, особенно займов от Китая, которые вызывают эмоциональную реакцию со стороны общества, считает эксперт.

На самом деле Китай лишь на пятом месте среди стран-инвес­торов Казахстана (по данным на 1 октября 2019 года). Больше всех Казахстан должен Нидерландам – $45,19 млрд, почти треть всего внешнего долга страны, что почти полностью состоит из межфирменной задолженности. За последние 12 месяцев задолженность перед страной сократилась на $3,8 млрд.

Наибольшая сумма долга сектора госуправления среди стран-инвесторов перед Великобританией – $6,47 млрд, совокупный объем внешнего долга перед страной составил $24,22 млрд. За год показатель увеличился на $2,83 млрд. Выросли обязательства и перед Бермудскими Островами (заморской территорией Великобритании) на $2,12 млрд,
до $6,3 млрд.

В тройку крупнейших кредиторов Казахстана вошли и США. На начало октября 2019 года долг перед Соединенными Штатами составил $13,03 млрд, в основном это обязательства отечественных предприятий перед иностранными компаниями.

Далее идут Франция и Китай, которым РК должна $11,74 и $10,45 млрд соответственно. При этом долг перед Францией – это в основном корпоративный долг.

Более половины обязательств перед КНР – долг других секторов (каких – не уточняется), 11% внешнего долга перед Китаем гарантировано государством.

В десятку основных кредиторов страны также вошли международные организации, Российская Федерация, Япония и Гонконг.

Источник: https://kursiv.kz/news/ekonomika/2019-07/pochemu-kazakhstan-ne-smozhet-poluchit-5-mlrd-ot-tranzita

Узбекский транзит

Транзит через Казахстан

© Depositphotos.com/bizoon

В мае 2016 года в самолете «Узбекистон хаво йуллари» перед посадкой раздавали бланк таможенной декларации, куда надо было вписывать не только все наличные доллары и тенге, но и личные украшения вплоть до обручальных колец.

Ставивший печать аэропортовский таможенник предупредил, что надо сберечь декларацию до обратного вылета и лучше записывать все траты, сохряняя чеки: на посадке могут проверить совпадение суммы вывозимой валюты с разницой ввезенной и потраченной.

У нас она бы точно не совпала – доллары мы меняли на черном рынке, официальный курс был вдвое ниже. «Черный рынок» оказался тыльной стороной цветочного киоска. Полицейские ходили неподалеку у памятника Гагарину, но менялу это не сильно беспокоило: толстые пачки сумов он дал мне практически открыто.

Банковская же карточка была в Ташкенте бесполезна – ею нельзя было расплатиться даже в супермаркете, зато на любом базаре и в гостиницах брали тенге.

В октябре 2018-го никаких бланков в самолете не раздавали, паспортный контроль занял меньше пяти минут, отельный банкомат позволил снять с тенговой карточки сумы, а за доллары в официальном банковском обменнике давали почти на 25% больше, чем два года назад у менялы.

Тенге, правда, никого больше не интересовал – зачем казахские деньги, когда сумы конвертируются в доллары? Патрульных, впрочем, на улицах Ташкента было по-прежнему значительно больше, чем требуется для душевного комфорта, но они были несуровы и показались несколько растерянными – Узбекистан первым в Центральной Азии обзавелся туристической полицией.

В сегодняшнем Ташкенте аналогии с советской «оттепелью» возникают непроизвольно. Ислам Каримов недотянул до сталинского срока всего три года, новый президент – многолетний соратник.

Правда, у Шавката Мирзиеева с его 13 годами каримовского премьер-министра допрезидентская карьера была посолиднее, чем у Никиты Хрущева. Поэтому мало кто ждал того, что реформы будут такими кардинальными.

По размаху они почти не уступают грузинским.

«Надо понимать, откуда идет Узбекистан. У нас после 1996 года сложилась определенная модель экономики, в которой государство вмешивалось во все – в цены, распределение ресурсов, процентные ставки, валютные курсы, вкупе с ручным управлением предприятиями и абсолютно ничего не значащим правом собственности.

Кроме того, это была в значительной степени закрытая экономика (хотя степень закрытости несколько преувеличена) с политикой импортозамещения от памперсов до жевательной резинки.

Понятно, что ничего хорошего из этого получиться не могло, экономика оказалась в плачевном состоянии – ВВП на душу населения в 2017 году, если пересчитать по рыночному курсу, в долларовом выражении составлял меньше 1000 долларов – ниже, чем в Кыр­гызстане. При этом у нас нет единой команды реформаторов, на президента идут потоки самой разной информации и предложений.

И нет системы, поддерживающей эти реформы. Все держится на одном человеке. Если он передумает, реформы прекратятся. Слава богу, нам повезло, и этот человек их продолжает», – рассуждает директор независимого Центра экономических реформ Юлий Юсупов.

Центр Центразии

«В 2017 году Мирзиеев сказал, что намерен строить в ЦА добрососедские отношения, и начался процесс потепления. За полгода мы набрали такой темп, что прошли путь, который не смогли осилить за предыдущие 27 лет. Все знают, что Таджикистан был практически блокирован именно Узбекистаном. Теперь все открывается.

В марте 2018-го состоялась астанинская рабочая консультативная встреча глав государств региона (Туркменистан, правда, снизил уровень до вице-премьера, но у них там своя жизнь), и она была удивительна тем, что прошла без внешних игроков – ни Россию, ни США, ни Китай не пригласили», – говорит политолог и конфликтолог, предправления киргизского Совета по международным отношениям и безопасности Эдил Осмонбетов.

Он считает, что благодаря новой политике Узбекистана регион пришел в «естественное геополитическое движение». «Сейчас все страны группируются, это ни для кого не секрет. Мы тоже могли бы сформировать общую повестку по нескольким важным вопросам и выступать единым геополитическим фронтом на международных площадках.

Казахстан в 2018 году был председателем Совбеза ООН, теперь – непостоянный член СБ, это очень большой международный опыт. Кыргызстан в 2019-м председательствует в ШОС, Узбекистан был генеральным секретарем ШОС в 2018 году. Этот опыт надо использовать. У нас нет непреодолимых противоречий, мы не воевали друг с другом.

Есть, конечно, приграничные вопросы – демаркация, демилитаризация границ, но они не жесткие. Однако окно возможностей всегда имеет временные ограничения. Я считаю, что 2019 год будет определяющим и для Узбекистана, и для всей Центральной Азии – сможем ли мы стать самостоятельным игроком, со своей, а не внешних сторон повесткой дня.

И здесь Узбекистан может сыграть огромную роль – если реформы там пройдут удачно, мы увидим совершенно другую Центральную Азию», – уверен собеседник.

© Depositphotos.com/shkonst

Узбекистан действительно оказался неким становым хребтом региона, известного с раннего Средневековья под названием Туркестан. У него не только самое большое населения (почти столько, сколько в остальных четырех странах, вместе взятых, – 33 млн), но и у единственного общая граница со всеми остальными государствами ЦА.

Во время международных саммитов в отелях двух с половиной миллионного Ташкента не остается свободных номеров. В 2018 году в страну вернулся изгнанный при Каримове ЕБРР (на днях банк объявил о кредите на модернизацию Талимарджанской электростанции в $240 млн под госгарантию, а в целом уже инвестировал в 70 проектов 1,3 млрд евро).

Всемирный банк по просьбе узбекского правительства провел анализ нового государственного стратегического плана. В октябре здесь сошлись США и Россия – USAID провел в Ташкенте VIII Центральноазиатский торговый форум (предшествующие проходили в Бишкеке и Алматы), а Путин привез с собой более 2000 человек на узбекско-российский бизнес-форум.

Государственный визит перевесил – такси были украшены российскими флажками, а USAID пришлось перенести свои заседания из оговоренного прежде пятизвездочного «Хайата» в гораздо более скромный Дворец молодежного творчества (хотя американский флаг перед «Хайатом» все же остался висеть).

Американский дипломат назвал Узбекистан и ЦА стратегически важным для США регионом, а Путин объявил, что РФ профинансирует и построит в Узбекистане АЭС (что вызвало обеспокоенность казахстанских экологов – от места строительства до казахстанской границы 500 км).

Мы вместе

Тем не менее ташкентский форум USAID вызвал большой интерес. Организаторы говорили о рекордном числе участников – 1600 человек из 25 стран.

Временный поверенный посольства США Алан Мельцер, назвавший ЦА стратегически важным во время открытия, на пресс-конференции признался, что стратегичность эта связана больше со значением соседних стран (надо полагать, Китая, России и Афганистана), нежели с «весом» самого региона.

Казахстан на форуме был представлен достаточно широко и среди организаторов, и среди участников. Казахстанские бизнесмены не прочь закрепиться на новом рынке и даже перенести к соседям часть производства путем создания различных СП.

По данным узбекской статистики, к концу 2018 года число действующих предприятий с иностранным капиталом в стране составило более 7,5 тыс. (на 37% больше, чем в 2017-м).

На первом месте Россия (428), за ней следуют Турция (364), Китай (351), Казахстан (246) и Южная Корея (161).

С 2017 года товарооборот между Узбекистаном и Казахстаном растет стремительно – ежегодно более чем на треть. По итогам 11 месяцев прошлого года (данные узбекской стороны) он превысил $2,6 млрд, что не очень далеко от запланированных двумя странами $3 млрд.

Причем казахстанский экспорт при свободной конвертации сума начал стремительно обгонять импорт (по итогам 11 месяцев – в 2 раза), хотя поначалу были опасения, что узбекская экономика окажется конкурентнее ввиду большей диверсифицированности.

Узбекистан теперь входит в топ-10 наших экспортных рынков (в 2018 году – 2,7% экспорта), и только благодаря южному соседу Казахстан впервые стал нетто-экспортером портландцемента.

2018-й был Годом Узбекистана в Казахстане, а нынешний – Год Казахстана в Узбекистане. Министры иностранных дел двух стран, заявившие об этом на днях в Самарканде, сказали, что будет расширено взаимодействие в торгово-экономической, инвестиционной, транспортно-коммуникационной, гуманитарной сферах, а также туризме и культуре.

Кстати, вызвавший поначалу скепсис «среднеазиатский шенген» приобретает реальные очертания – в ноябре прошлого года Казахстан и Узбекистан подписали соглашение о взаимном признании туристических виз.

В декабре представитель узбекского Комитета по туризму сообщил, что общая Silk visa Узбекистана и Казахстана может быть запущена уже в феврале 2019 года. По его словам, «остались только технические детали плюс согласование оборудования». На днях МИД Кыргызстана заявил, что страна присоединится к соглашению.

Интерес проявляет и Таджикистан, а Казахстан предложил подключить к проекту еще Азербайджан и Турцию. Вторая консультативная встреча президентов ЦА состоится в этом году в Ташкенте.

Чет или нечет?

Вопрос лишь в том, насколько последовательными будут узбекские реформы и окажется ли политическая воля крепче сопротивления тех, кому они не нужны.

Сейчас все очень похоже на наши 90-е: государству принадлежат все крупные промышленные предприятия (да что там предприятия – в 2018 году в Узбекистане не было ни одного частного вуза), вся бухгалтерская отчетность – по национальным стандартам, а не МСФО, частная собственность на несельскохозяйственную землю вводится только теперь. Сельскохозяйственная вся в аренде, и ее могут отобрать, например, за невыполнение плана по сдаче государству хлопка.

Но многое уже сделано – и всего за полтора года. «Во-первых, была проведена реформа всей внешнеэкономической деятельности. В сентябре 2017 года осуществлена либерализация валютного рынка. Она позволила провести и реформу денежного обращения. До этого у нас было несколько обменных курсов.

Если бы полтора года назад вы захотели купить в Ташкенте, например, компьютер, продавец назвал бы несколько цен на одну и ту же модель. В сумах наличных, в сумах по карточке (внутреннего пользования. – Прим. авт.), перечислением. Разница между налом и безналом достигала 20–30%.

Главное в конвертации даже не то, что были открыты возможности ВЭД. Дело в том, что никакие другие реформы без либерализации валютного рынка было проводить невозможно. Во-вторых, открылись границы и снимаются тарифные и нетарифные барьеры. С 1 января 2019 года радикально сокращаются таможенные платежи.

У нас были акцизы на импорт и высокие таможенные пошлины. Большинство акцизов убирается, таможенные пошлины сокращаются. Если все будет реализовано, у нас будет одна из самых либеральных таможенных политик в мире.

Второе направление – реформа финансовой системы, легализация банковского сектора, вопросы денежного обращения. Третье – с 1 января начата радикальная налоговая реформа, смысл которой – резко сократить налоги на труд и перевести значительную часть предприятий в общий режим налогообложения.

Раньше в общем режиме у нас работало 3% всех предприятий, потому что там существовать невозможно. Если это будет реализовано, у нас будет одна из самых либеральных налоговых систем на пространстве СНГ после Грузии», – утверждает Юсупов.

© Depositphotos.com/Drugova

В страну возвращаются люди с западным образованием и опытом работы, однако их не так много, чтобы закрыть все дыры.

На форуме USAID выступал замминистра образования, 20 лет проработавший за границей, но говорил большей частью про валютные риски и экономическую интеграцию, потому что по профессии он финансист.

Про образование замминистра, впрочем, тоже кое-что сказал. Каждый год школы Узбекистана оканчивает 500–600 тыс. молодых людей, и лишь 10% из них получают высшее образование.

Реформы небезболезненны. Рост цен и девальвация сума для части общества перевешивает уже забывающуюся несвободу каримовских времен. Но Нургали Рахманов из Kazakhstan Fintech Startup уверен, что соседи преодолеют эти трудности, поскольку имеют действенные каналы обратной связи.

«Там сильно выросла роль органов местного самоуправления. Я знаю случай, когда махалля (местная община) смогла закрыть мост, по которому ездили автомобили с карьера, хотя говорили, что карьер принадлежит очень влиятельному человеку, областная прокуратура, хокимият и АП встали на сторону жителей.

Отмена выездной визы с января 2019 года – тоже огромное социально-политическое достижение. Да, в 2018-м выросли цены на социальный хлеб, но правительство сняло все импортные пошлины на зерно из Казахстана, люди открыли примерно 200 мукомольных компаний, конкуренция выросла.

Часть муки пошла в Афганистан, ожидается, что цена на хлеб снизится через рыночные механизмы. Да, выросли цены на сельхозпродукцию, но это связано с засухой. Да, подорожали коммунальные услуги, но правительство компенсирует повышением пенсий.

Снят жесткий контроль с агросектора, введенно ГЧП, – рассказывает Рахманов, имеющий бизнес-связи и интересы в Узбекистане. Он утверждает, что в ответ иностранный частный бизнес пошел в страну: – Из того, что знаю лично: американский бизнес вкладывает $350 млн в рынок текстиля, российский – $150 млн в тепличные хозяйства.

У страны прекрасные экспортные возможности. Оказалось, например, что Китай – это неограниченный рынок черешни». (Действительно, экспорт черешни, по статданным Узбекистана, вырос в 2018 году в 3 раза.)

Более осторожен в оценках Юсупов: «Ключевая проблема реформ – кадры. А предстоит колоссальная работа. 2019 год станет в этом плане решающим – надо создавать конкуренцию, проводить демонополизацию, привлекать частных инвесторов, продавать ненужные активы и перестраивать систему управления.

У нас есть замечательная концепция административной реформы, там написано, что надо делать, но не написано, как и кто это должен делать. Одна из проблем – низкий уровень финансовой децентрализации. Например, привлекать иностранных инвесторов должен хоким.

Но в его бюджете нет такой статьи расходов, как международные телефонные звонки».

Источник: https://forbes.kz/process/uzbekskiy_tranzit/

Транзит грузов через Казахстан

Транзит через Казахстан

Транзитные перевозки через Казахстан

Транзитные перевозки – это транспортировка груза из одной страны в другую, во время которой транспорт пересекает территорию одного или даже нескольких государств. Транзит грузов через Казахстан имеет большой потенциал. Ведь страна находится между Европой и Китаем, товарообмен между которыми постоянно увеличивается.

Соответственно, растет и перевозка грузов международного транзита через Казахстан. По прогнозам экспертов, в дальнейшем рост будет проходить еще более интенсивно.

Ведь железнодорожный транспорт постепенно начинает отвоевывать позиции у морского, который традиционно лидирует в сфере транзита по направлению Китай-Европа.

Если перевозка груза по морским путям занимает 35-45 дней, то по железнодорожным – 14 дней.

Виды транзитных перевозок

Международные перевозки транзитом подразделяются на следующие виды:

• Прямой транзит. Когда груз доставляется из точки «А» в точку «Б» без промежуточной разгрузки в транзитной стране.

• Косвенный транзит. В данном случае предполагается дополнительная отгрузка груза на таможенный склад с последующим отправлением в другую страну.

Для организации транзитных перевозок через Казахстан ТОО «Алферт» предлагает большой выбор подвижного состава, который поможет перевезти груз любого размера, массы и габаритов. В вашем распоряжении:

Крытые вагоны и полувагоны. Выбирайте оптимальный вариант, учитывая особенности груза. Если он не боится погодных условий, можно использовать полувагоны.

Контейнеры (20 и 40 футов, 3 и 5 тонн). Универсальный вариант, который подойдет практически для любого груза.

Цистерны. Вид вагонов, который используют для перевозки жидких грузов.

Платформы и вагоны-транспортеры. Подходят для перевозки как габаритных, так и негабаритных грузов (например техники, гидравлических турбин, станины и т.д.).

Хопперы. Специализированные грузовые вагоны, которые отлично подойдут для перевозки сыпучих товаров.

Вагоны для нефтебитума и думпкары. Упрощают процесс разгрузки, так как она не требует специальных оборудованных мест.

Правила и документы для транзитных перевозок Казахстан

Транспортная транзитная перевозка требует наличия целого перечня документов.

Во-первых, будет необходим основной пакет документации, который используют для любых транзитных перевозок. Среди них:

• Договор поставки груза

• Инвойс, Товарно-транспортная накладная

• Санитарно-гигиенический и другие необходимые сертификаты, прилагаемые отправителем

• Таможенные декларации от отправителя

И другие обязательные документы на перевозимый груз

Во-вторых, вам также потребуется сопроводительная и пропускная документация, которую выдают непосредственно органы таможни. Чтобы оформить транзитные грузы, необходимо обратиться в Департамент таможенной службы.

ТОО «Алферт» предлагает полный перечень услуг. Мы поможем правильно организовать документооборот, оформить транзитную таможенную декларацию и все документы, необходимые для транзита, подобрать наиболее подходящий вариант таможенного оформления грузов. Специалисты компании будут отслеживать путь товаров и проследят за их доставкой в срок. Выбирая нас, вы получаете такие преимущества:

• Скорость. Мы предлагаем быстрые транзитные перевозки грузов через Казахстан. Движению состава не помешают пробки, плохие погодные условия или аварийные ситуации на дорогах.

Надежность. Для каждого типа груза мы подбираем оптимальный вариант вагонов, чтобы уберечь содержимое от неблагоприятных воздействий.

Любой груз. Большой выбор подвижного состава позволяет перевозить грузы любого вида: наливного, тарного, штучного, насыпного, массового.

Выгода. Профессиональные логисты составляют оптимальные маршруты следования, чтобы существенно снизить затраты на международный транзит ваших грузов.

Вас интересуют международные транзитные перевозки? Тогда вы можете воспользоваться услугами компании «Алферт». Свяжитесь с нами по указанным на сайте телефонам или же обратитесь непосредственно в офис. Сотрудники компании ответят на все интересующие вас вопросы и подберут наилучший для вас вариант перевозки!

Получить консультацию

Источник: https://www.alfert.kz/ru/nashi-uslugi/tranzit-gruzov-cherez-kazaxstan.html

Юрист Адамович
Добавить комментарий